ymorno_ru (ymorno_ru) wrote in picturehistory,
ymorno_ru
ymorno_ru
picturehistory

Новомученик российский - герой немецкого Сопротивления

70 лет назад, 13 июля 1943 года, был казнен Александр Шморель - один из создателей антинацистской подпольной организации "Белая роза". Он - уроженец Оренбурга.


Александр Шморель

Александр Шморель (Alexander Schmorell), канонизированный Русской православной церковью в феврале 2012 года, родился и провел первые годы жизни в Оренбурге. Его земляк - историк, переводчик и писатель Игорь Храмов давно собирает документы, записывает рассказы очевидцев, работает в архивах, изучает письма, дневники, опубликованные ранее воспоминания, чтобы нарисовать портрет Шмореля - студента медицинского факультета Мюнхенского университета, который вместе с друзьями создал во времена "третьего рейха" подпольную организацию сопротивления "Белая роза" и был казнен вместе с ними. Книга Храмова "Русская душа "Белой розы" выходила в России, а сейчас вышла в Ахене и в немецком переводе.



Оренбург на рубеже 20-го века. Старая открытка

Первым представителем рода Шморелей на российской земле стал Карл-Август. Выходец из Пруссии, он в 23 года приехал в Оренбург, чтобы открыть здесь скорняжную мастерскую. Было это в середине XIX века. К этому времени в Оренбурге уже обосновались несколько семей немецких купцов: Клюмпы, Фокеродты, Обердендеры, Гофманы... Лавка Шмореля располагалась в центре города, на Николаевской улице.

Со своим самоваром

В 1879 году Карл-Август Шморель вложил деньги в новое доходное дело: построил первую паровую лесопильню в городе. Он оставил после себя массу наследников. В двух его браках родилось десять детей. Наибольшей известности достиг Франц, учившийся в Казанском университете, а позже ставший в Оренбурге надворным советником, членом городской управы и даже "заступающим место" (то есть заместителем) городского головы. Всего этого он был лишен из-за своего немецкого происхождения, когда началась Первая мировая война, хотя давно уже был российским подданным. Тогда же пришлось уехать из Москвы в Оренбург и Гуго Шморелю - отцу будущего героя "Белой розы".

Друг семьи, богатый оренбургский предприниматель Оберлендер оплатил учебу Гуго Шмореля в Мюнхене. В 1907 году он блестяще защитил докторскую диссертацию. Вернувшись в Россию, Гуго Шморель работал ассистентом на кафедре внутренних болезней Московского университета. Но потом началась Первая мировая война, толпа громила немецкие магазины, а некоторые коллеги Шмореля стали требовать убрать "германского шпиона" с кафедры. Его русская невеста Наталья Петровна Введенская поехала вместе с ним в Оренбург. Они обвенчались. В сентябре 1917 года у них родился сын. Его крестили по православному обряду и назвали Александром.

Во время революции Наталья умерла от тифа, и отец Александра женился во второй раз - на дочери владельца пивоваренного завода Елизавете Гофман. Богатства это, конечно, не принесло: завод, как и все остальное имущество, был экспроприирован большевиками. Жить становилось все тяжелее, и в 1921 году семья Шморелей уехала в Германию.

Интересно, что там Шморели сохранили многие российские традиции. В семье готовили пельмени и блинчики, обычной частью сервировки остался самовар. Дома родители говорили по-русски, учили русскому и детей. С учителем, который приходил каждую неделю, Александр и его брат Эрих читали "Войну и мир" и "Евгения Онегина". Одним из самых близких друзей Шмореля стал Кристоф Пробст (Christoph Probst). Позже оба войдут в подпольную организацию "Белая роза" и будут казнены нацистами.

Начало сопротивления

Неприятие гитлеровского режима проявилось у Шмореля очень рано. Призванный на воинскую службу со студенческой скамьи, Александр в конце 1938 года принял участие в немецком вторжении в Судеты. Увиденное ужаснуло его. "Освободители исконно немецких земель", как называл их Геббельс, оказались обычными захватчиками. После нападения нацистской Германии на Польшу Шморель был приписан к мюнхенской студенческой роте. К той же роте прикомандировали и другого студента Мюнхенского университета - Ганса Шолля (Hans Scholl), вернувшегося домой после французской кампании. Они вдвоем и написали позже, в 1942 году, первые четыре листовки подпольной организации ''Белая роза''.


Листовки ''Белой розы'' ''вмонтированы'' в мостовую перед Мюнхенским университетом

Ребята размножили их на гектографе и разослали по почте. Адреса они выписали из мюнхенского телефонного справочника. "Разве не стыдится сегодня своего правительства каждый честный немец?" - говорилось в первой листовке "Белой розы". Число единомышленников росло. К Шморелю и Гансу присоединились сестра Ганса Софи Шолль (Sophie Scholl) и Вилли Граф (Willi Graf). Школьный католический союз, в котором он состоял, был распущен нацистами. Несмотря на все уговоры и угрозы, Вилли Граф так и не вступил в "гитлерюгенд". Вместе с Александром, Гансом и другими друзьями по мюнхенской студенческой роте Вилли Граф был отправлен в июле 1942 года на Восточный фронт санитаром. Все они попали в Гжатск. Александр был рад возможности говорить по-русски не только с родителями.


Александр Шморель и Ганс Шоль. Восточный фронт, осень 1942 г.

Шморель - письмо домой (писал по-русски): "Я часто и подолгу разговариваю с русским населением - с простым народом и интеллигенцией, особенно с врачами. У меня сложилось самое хорошее впечатление. Если сравнить современное русское население с современным немецким или французским, то можно прийти к поразительному выводу: насколько оно моложе, свежее и приятнее!".

Шоль - дневник (о посещении православной церкви): "Русские - поразительные люди ... бородатые мужики, с добрыми лицами женщины, ...то и дело кланяются, осеняя себя Андреевским крестным знамением. Некоторые склоняют голову до земли и целуют пол. ...Сердца всех верующих бьются в такт, почти физически ощущается движение душ, которые выплёскиваются, открываются после этого чудовищного молчания, которые наконец нашли дорогу домой, на свою настоящую родину. От радости мне хочется плакать, потому что и в моём сердце оковы падают одна за другой. Я хочу любить и смеяться, потому что вижу, как над этими сломанными людьми всё ещё парит ангел, который намного сильнее чем сила пустоты".

Шморель - письмо отцу (о посещении православной церкви): "Сегодня мы с Гансом были в церкви. Нас окружала толпа молящихся стариков, женщин и детей. Как они молились! Как пели! Удивительно, что за все годы страшной богоборческой власти у этого народа осталась вера. Её не смогли убить ни репрессии, ни лагеря. Когда кончится война, я вернусь в Россию...".

Игорь Храмов приводит в своей книге множество цитат из писем Шмореля на родину, в которых идет речь о России и русских. Представления юноши часто наивны, чуть ли не умилительны, тон - пафосный... Но одного нельзя отнять у этих писем: они проникнуты любовью к первой родине Александра. Собственно он так ее и называл: родина. Появилась у него в Гжатске и подруга по имени Нелли. После возвращения в Мюнхен он писал ей: "Я не ощущаю себя здесь как дома. Меня тянет на родину. Только там, в России, я смогу почувствовать себя дома".

Провал

Когда ребята вернулись в Мюнхен, "Белая роза" снова начала действовать. Появились новые листовки, а после разгрома армии Паулюса под Сталинградом юноши написали ночью черной краской на стенах нескольких зданий в центре Мюнхена "Долой Гитлера!" и "Свобода!" Это было, конечно, безумие: они легко могли попасться, но все прошло благополучно. Провал ждал их 17 февраля 1943 года. В тот день Ганс и Софи Шолль пришли в университет с чемоданом, набитым листовками, и раскладывали их в пустых аудиториях и коридорах. Случайным свидетелем этого стал завхоз университета. Он и сдал их гестапо.

Вскоре арестовали других членов "Белой розы". Но Александру, узнавшему о провале, удалось бежать. Его искали. В главной газете "третьего рейха" Vцlkischer Beobachter появилась его фотография с надписью "Разыскивается преступник. Вознаграждение - 1000 марок". Шмореля узнали в бомбоубежище, где он прятался во время воздушной тревоги. Судьба его, как и его товарищей, была предрешена. Первый процесс по делу "Белой розы", состряпанный на скорую руку, прошел уже 22 февраля, то есть спустя всего четыре дня после ареста Ганса и Софи Шолль. Председательствовал на нем глава так называемого "Народного трибунала", жестокий палач Роланд Фрайслер (Roland Freisler). У него было много общего с советским коллегой Вышинским, который витийствовал на сталинских политических процессах, требуя расстрелять подсудимых, как бешеных собак.


Фрайслер начинал судебные заседания с нацистского приветствия

Одна интересная деталь. В молодости Вышинский был меньшевиком. А нацист Фрайслер, попавший в русский плен во время Первой мировой войны, стал после революции в России большевистским комиссаром и даже, кажется, успел вступить в РКП (б) до возвращения на родину, в Германию. Поэтому нацистские бонзы относились к нему с определенным недоверием, но Гитлер был им доволен: Фрайслер усердствовал изо всех сил, приговаривая почти всех обвиняемых к смертной казни.

Все за Россию!

Шмореля судили 19 апреля 1943 года (это было уже второй, но не последний процесс по делу "Белой розы"). На этот раз троих подсудимых - Александра Шмореля, Вилли Графа и их профессора Курта Хубера (Kurt Huber), который тоже помогал писать листовки, - приговорили к смертной казни.

Еще в преддверии суда, прекрасно зная, какой предрешен приговор, дядя Александра Шмореля, ветеран НСДАП Рудольф Гофман направил письмо на имя Гиммлера. Обладатель золотого партийного значка просил пощадить чувства родителей Александра и сохранить ему жизнь. Гиммлер ответил на это письмо так: "Глубокоуважаемый партайгеноссе Гофман!.. К сожалению, вынужден сообщить Вам, что не могу содействовать помилованию. …Недостойное деяние Александра Шмореля, которое без всякого сомнения в значительной степени обусловлено присутствием в нем русской крови, заслуживает справедливого наказания... Хайль Гитлер!"

13 июля 1943 года 25-лктнего Александра Шмореля казнили. Днем у него побывал священник русской православной церкви, который исповедовал Александра. Сохранились прощальное письмо Шмореля родителям и записка на русском языке, которую тайком вынес из камеры священник. Она адресована его подруге Нелли из Гжатска:

"Милая Нелли!
Раньше, чем мы все думали, мне было суждено бросить земную жизнь... Часто, часто я вспоминаю Гжатск! И почему я тогда не остался в России? На всё это воля Божья... Прощай, милая Нелли! И помолись за меня

Твой Саша.
Все за Россию!!!"


Новомученик российский



Александр Шморель похоронен в Мюнхене. Но лежит он в оренбургской земле. Спустя много десятилетий эту землю привез из Оренбурга приезжавший сюда из Германии брат Александра Эрих. Героя "Белой розы" чтут в Оренбурге. Каждый год 16 сентября, в день его рождения, здесь проходят торжества, посвященные его памяти. В этот день, кроме всего прочего, четырем студентам университета - будущим историкам и германистам - вручают именные стипендии имени Александра Шмореля. Они учреждены фондом "Белой розы" в Мюнхене.

А 4 и 5 февраля 2012 года на могиле Александра в Мюнхене и в кафедральном соборе состоялась торжественная служба, которая завершила процедуру причисления Александра Шмореля к новомученикам российским.

По материалам:

http://www.dw.de
http://www.pravmir.ru/svyatoj-antifashist/
http://www.pereplet.ru/text/lukina21jul08.html

Автор Ефим Шуман
См. также:

Солдат вермахта, оставшийся человеком

Анна Ревельская — русская Мата Хари

Война на уничтожение

Лабиринты истории. "Мольер" помог разгромить немцев под Курском

Штеннес – секретный агент или немецкий патриот?

Адмирал Канарис - гений германской разведки окончил свой путь на виселице



Tags: война, германия, герой, личность
Subscribe
promo picturehistory март 24, 2016 11:48 5
Buy for 50 tokens
ПРОМО блок временно свободен!
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment